Произведение маршака для детей не так с целью и содержанием

Старший дошкольный возраст 5-6 лет Актуальность: Детская книга остается одним из главных средств воспитания детей. Маршака позволит максимально обогатить знания и представления о книге, ее значимость, развить связную речь, творческие способности детей, а так же максимально расширит представления детей о произведениях С. Краткое содержание проекта В результате совместных и самостоятельных наблюдений, исследований, направленных на изучение творчества С. Маршака ребенок поймет, что стихи можно не просто слушать, а стихами можно рисовать цветные картинки мира, рассказывать занимательные и поучительные истории и сказки, можно отлично высмеять врага и можно вызвать в человеке интерес, раздумье, сочувствие к несчастью, научить мечтать о будущем, весело и с толком работать, познавать окружающий мир. В ходе работы над проектом дети охватят темы: азбука и счет, дикие и домашние животные, почта, транспорт, пожарная часть, цирк, школа, библиотека, профессии и ремесла, временные понятия, нравственное и патриотическое воспитание.

Библиотека Самуил Маршак - О талантливом читателе Поговорим о читателе. О нем говорят редко и мало. А между темчитатель - лицо незаменимое. Без него не только наши книги,ноивсепроизведения Гомера, Данте, Шекспира, Гете, Пушкина - всего лишь немаяимертваягруда бумаги. Отдельные читатели могут иной разошибочносудитьокнигах,ноза Читателем в большом, собирательномзначенииэтогослова-ипритомна протяженииболееилименеепродолжительногопериодавремени-всегда остается последнее слово в оценке литературного произведения. Правда, опенка книги, утвердившаясянаизвестныйсрок,оченьчасто меняется. Какая-нибудь будка, расположенная вблизи, можетзаслонитьбашню, стоящую вдали. Но рано или поздно мы осознаем этот обман зренияиначинаем представлять себе литературные величины в более правильных масштабах.

Стихи нашего детства. С.Я.Маршак."Почта"

Подготовка текста и примечания В. Маршака, написанная им для сборника избранных стихов в серии "Библиотека советской поэзии" М. Написал я эту обычную для жизнеописаний фразу и подумал: как уместить на нескольких страницах краткой автобиографии долгую жизнь, полную множества событий?

Один перечень памятных дат занял бы немало места. Но ведь этот небольшой сборник стихов, написанных в разные годы примерно с 1908 по 1963 , в сущности, и есть моя краткая автобиография. Здесь читатель найдет стихи, в которых отразились разные периоды моей жизни, начиная с детских и отроческих лет, проведенных на окраинах Воронежа и Острогожска.

Отец мой, Яков Миронович Маршак, работал мастером на заводах потому-то мы и жили на фабричных окраинах. Но работа на мелких кустарных заводишках не удовлетворяла одаренного человека, который самоучкой постиг основы химии и непрестанно занимался различными опытами. В поисках лучшего применения своих сил и знаний отец со всей семьей переезжал из города в город, пока наконец не устроился на постоянное жительство в Петербурге.

Память об этих бесконечных и нелегких переездах сохранилась в стихах о моем детстве. В Острогожске я поступил в гимназию. Выдержал экзамены на круглые пятерки, но принят был не сразу из-за существовавшей тогда для учеников-евреев процентной нормы. Сочинять стихи я начал еще до того, как научился писать. Многим обязан я одному из моих гимназических учителей, Владимиру Ивановичу Теплых, который стремился привить ученикам любовь к строгому и простому, лишенному вычурности и банальности языку.

Так бы я и прожил в маленьком, тихом Острогожске до окончания гимназии, если бы не случайный и совершенно неожиданный поворот в моей судьбе.

Вскоре после того, как отец нашел работу в Питере, туда переехала и моя мать с младшими детьми. Но и в столице семья наша жила на окраинах, попеременно за всеми заставами - Московской, Нарвской и Невской. Только я и мой старший брат остались в Острогожске.

Перевестись в Петербургскую гимназию нам было еще труднее, чем поступить в острогожскую. Случайно во время летних каникул я познакомился в Петербурге с известным критиком Владимиром Васильевичем Стасовым. Он встретил меня необыкновенно радушно и горячо, как встречал многих молодых музыкантов, художников, писателей, артистов. Помню слова из воспоминаний Шаляпина: "Этот человек как бы обнял меня душою своей".

Познакомившись с моими стихами, Владимир Васильевич подарил мне целую библиотечку классиков, а во время наших встреч много рассказывал о своем знакомстве с Глинкой, Тургеневым, Герценом, Гончаровым, Львом Толстым. Стасов был для меня как бы мостом чуть ли не в пушкинскую эпоху. Ведь родился он в январе 1824 года, до восстания декабристов, в год смерти Байрона.

Осенью 1902 года я вернулся в Острогожск, а вскоре пришло письмо от Стасова, что он добился моего перевода в петербургскую 3-ю гимназию - одну из немногих, где после реформы министра Ванновского сохранилось в полном объеме преподавание древних языков. Эта гимназия была параднее и официальное моей острогожской. В среде бойких и щеголеватых столичных гимназистов я казался - самому себе и другим - скромным и робким провинциалом. Гораздо свободнее и увереннее чувствовал я себя в доме у Стасова и в просторных залах Публичной библиотеки, где Владимир Васильевич заведовал художественным отделом.

Кого только не встречал я здесь - профессоров и студентов, композиторов, художников и писателей, знаменитых и еще никому не известных. Стасов возил меня в музей Академии художеств смотреть замечательные рисунки Александра Иванова, а в библиотеке показывал мне собрание народных лубочных картинок с надписями в стихах и в прозе.

Он же впервые заинтересовал меня русскими сказками, песнями и былинами. На даче у Стасова, в деревне Старожиловке, в 1904 году я встретился с Горьким и Шаляпиным, и эта встреча повела к новому повороту в моей судьбе. Узнав от Стасова, что с переезда в Питер я часто болею, Горький предложил мне поселиться в Ялте.

И тут же обратился к Шаляпину: "Устроим это, Федор? А через месяц пришло от Горького из Ялты известие о том, что я принят в ялтинскую гимназию и буду жить в его семье, у Екатерины Павловны Пешковой.

Я приехал в Ялту, когда там еще свежа была память о недавно скончавшемся Чехове. В этом сборнике помещены стихи, в которых я вспоминаю впервые увиденный мною тогда осиротевший чеховский домик на краю города.

Никогда не забуду, как приветливо встретила меня - в ту пору еще совсем молодая - Екатерина Павловна Пешкова. Алексея Максимовича в Ялте уже не было, но и до его нового приезда дом, где жила семья Пешковых, был как бы наэлектризован надвигавшейся революцией. В 1905 году город-курорт нельзя было узнать. Здесь в первый раз увидел я на улицах огненные полотнища знамен, услышал под открытым небом речи и песни революции.

Помню, как в Ялту приехал Алексей Максимович, незадолго до того выпущенный из Петропавловской крепости. За это время он заметно осунулся, побледнел и отрастил небольшую рыжеватую бороду. У Екатерины Павловны он читал вслух написанную им в крепости пьесу "Дети Солнца".

Вскоре после бурных месяцев 1905 года в Ялте начались повальные аресты и обыски. Здесь в это время властвовал свирепый градоначальник, генерал Думбадзе. Многие покидали город, чтобы избежать ареста. Вернувшись в Ялту из Питера в августе 1906 года после каникул, я не нашел здесь семьи Пешковых.

Я остался в городе один. Снимал комнатку где-то на Старом базаре, давал уроки. В эти месяцы одиночества я запоем читал новую, неизвестную мне до того литературу - Ибсена, Гауптмана, Метерлинка, Эдгара По, Бодлера, Верлена, Оскара Уайльда, наших поэтов-символистов. Разобраться в новых для меня литературных течениях было нелегко, но они не поколебали той основы, которую прочно заложили в моем сознании Пушкин, Гоголь, Лермонтов, Некрасов, Тютчев, Фет, Толстой и Чехов, народный эпос, Шекспир и Сервантес.

Зимой 1906 года меня вызвал к себе директор гимназии. Под строгим секретом он предупредил меня, что мне грозит исключение из гимназии и арест, и посоветовал покинуть Ялту как можно незаметнее и скорее. И вот я снова очутился в Питере. Стасов незадолго до того умер, Горький был за границей. Как и многим другим людям моего возраста, мне пришлось самому, без чьей-либо помощи, пробивать себе дорогу в литературу. Печататься я начал с 1907 года в альманахах, а позднее в только что возникшем журнале "Сатирикон" и в других еженедельниках.

Несколько стихотворений, написанных в ранней молодости, лирических и сатирических, вошло в эту книгу. Среди поэтов, которых я и до того знал и любил, особое место занял в эти годы Александр Блок. Помню, с каким волнением читал я ему в его скромно обставленном кабинете свои стихи. И дело было тут не только в том, что передо мною находился прославленный, уже владевший умами молодежи поэт. С первой встречи он поразил меня своей необычной - открытой и бесстрашной - правдивостью и какой-то трагической серьезностью.

Так обдуманны были его слова, так чужды суеты его движения и жесты. Блока можно было часто встретить в белые ночи одиноко шагающим по прямым улицам и проспектам Петербурга, и он казался мне тогда как бы воплощением этого бессонного города. Больше всего образ его связан в моей памяти с питерскими Островами. В одном из стихотворений я писал: Давно стихами говорит Нева. Весь Летний сад - Онегина глава. В самом начале 1912 года я заручился согласием нескольких редакций газет и журналов печатать мои корреспонденции и уехал учиться в Англию.

Вскоре по приезде я и моя молодая жена, Софья Михайловна, поступили в Лондонский университет: я - на факультет искусств по-нашему - филологический , жена - на факультет точных наук.

На моем факультете основательно изучали английский язык, его историю, а также историю литературы. Особенно много времени уделялось Шекспиру. Но, пожалуй, больше всего подружила меня с английской поэзией университетская библиотека. В тесных, сплошь заставленных шкафами комнатах, откуда открывался вид на деловитую, кишевшую баржами и пароходами Темзу, я впервые узнал то, что переводил впоследствии, - сонеты Шекспира, стихи Вильяма Блейка, Роберта Бернса, Джона Китса, Роберта Браунинга, Киплинга.

А еще набрел я в этой библиотеке на замечательный английский детский фольклор, полный причудливого юмора. Воссоздать на русском языке эти трудно поддающиеся переводу классические стихи, песенки и прибаутки помогло мне мое давнее знакомство с нашим русским детским фольклором. Так как литературных заработков нам едва хватало на жизнь, мне с женой довелось жить в самых демократических районах Лондона - сначала в северной его части, потом в самой бедной и густо населенной - восточной, и только под конец мы выбрались в один из центральных районов поблизости от Британского музея, где жило много таких же студентов-иностранцев, как и мы.

А на каникулах мы совершали пешие прогулки по стране, измерили шагами два южных графства области - Девоншир и Корнуолл. Во время одной из далеких прогулок мы познакомились и подружились с очень интересной лесной школой в Уэльсе "Школой простой жизни" , с ее учителями и ребятами. Все это оказало влияние на мою дальнейшую судьбу и работу. В ранней молодости, когда я больше всего любил в поэзии лирику, а в печать отдавал чаще всего сатирические стихи, я и представить себе не мог, что со временем переводы и детская литература займут большое место в моей работе.

Одно из первых моих стихотворений, помещенных в "Сатириконе" "Жалоба" , было эпиграммой на переводчиков того времени, когда у нас печаталось много переводов из французской, бельгийской, скандинавской, мексиканской, перуанской и всяческой другой поэзии.

Тяга ко всему заграничному была тогда так велика, что многие стихотворцы щеголяли в своих стихах иностранными именами и словечками, а некий литератор даже избрал для себя звучный, похожий на королевское имя псевдоним - "Оскар Норвежский". Только лучшие поэты того времени заботились о качестве своих переводов. Бунин перевел "Гайавату" Лонгфелло так, что этот перевод мог занять место рядом с его оригинальными стихами.

Можно назвать еще нескольких талантливых и вдумчивых переводчиков. А большинство стихотворных переводов было делом рук литературных ремесленников, часто искажавших и оригинал, с которого переводили, и родной язык.

Руками ремесленников делалась в то время и наиболее ходкая литература для детей. Золотым фондом детской библиотеки была классика, русская и зарубежная, фольклор и те повести, рассказы и очерки, которые время от времени дарили детям лучшие современные писатели, популяризаторы науки и педагоги. Преобладали же в предреволюционной детской литературе особенно в журналах слащавые и беспомощные стишки и сентиментальные повести, героями которых были, по выражению Горького, "отвратительно-прелестные мальчики" и такие же девочки.

Не удивительно то глубокое предубеждение, которое я питал тогда к детским книжкам в тисненных золотом переплетах или в дешевых пестрых обложках. Переводить стихи я начал в Англии, работая в нашей тихой университетской библиотеке. И переводил я не по Заказу, а по любви - так же, как писал собственные лирические стихи. Над переводом стихов обоих поэтов я продолжал работать и по возвращении на родину. Мои переводы народных баллад и стихов Вордсворта и Блейка печатались в 1915-1917 годах в журналах "Северные записки", "Русская мысль" и др.

А к детской литературе я пришел позже - после революции, Вернулся я из Англии на родину за месяц до первой мировой войны. В армию меня не взяли из-за слабости зрения, но я надолго задержался в Воронеже, куда в начале 1915 года поехал призываться. Здесь я с головою ушел в работу, в которую постепенно и незаметно втянула меня сама жизнь.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: ВОТ КАКОЙ РАССЕЯННЫЙ - С.Я. МАРШАК Мультик. Аудиокнига. Слушать, смотреть, учить, читать.

Как весьма немногие, Самуил Яковлевич Маршак умел писать для сумел рассказать самым маленьким детям о содержании нашей новой детской литературы с детьми этого возраста не разговаривал». признавался Маршак, — которые бы так талантливо, смело, Произведения. Дети сами определяли содержание своих рисунков. За основу было взято одноименное произведение С. Я. Маршака. Образ каждого месяца в ряде случаев дополнялся стихотворными строками других авторов с целью создания Так, ребята рисовали почтальона из стихотворения С. Я. Маршака.

Тебе предоставляют читать на выбор: либо — Много снега, кругом бело, либо: Много снега, кругом бело. И это измывательство над русскою речью утверждается Наркомпросом во всесоюзном масштабе, и никто до сих пор не закричал караул. Учебники напечатаны в баснословном числе экземпляров, и в них детей систематически приучают к таким халтурным, неряшливым рифмам: Оба вместе Весь народ уж на работе, У ребят своя забота. Низкий уровень эстетической культуры и дешевый утилитаризм, присущий многим педагогам, тяжело сказывались на всей детской литературе того времени. Она далеко не сразу из самодельщины превратилась в политически острую, идейно передовую литературу, в одну из областей советского искусства. В редакции нередко появлялись пожилые учительницы, предлагая такие, например, вирши собственного изделия: Однажды Ленин, быв ребенком, В реке купаясь, раз тонул. Следом за искренне заблуждающимися шла целая армия приспособленцев и халтурщиков, для которых детская литература была делом наживы и при этом легкой. Житков, едко высмеивая шустрых приспособленцев, чьи поделки иногда проникали в печать. Маршак начисто отвергал услуги халтурщиков, считая их не литераторами, а спекулянтами. Спекуляция на современной теме была в глазах Маршака оскорблением темы и прежде всего оскорблением пробудившегося читателя, чью духовную жажду он чувствовал очень остро. Утолять эту жажду полноценными, а не ремесленными произведениями он считал долгом редакции, принявшей на себя обязанности выпускать книги для детей. Детвора многомиллионной страны незримо, но постоянно присутствовала во всех его редакторских опытах, и именно исходя из особенностей читателя-ребенка требовал Маршак богатства содержания и простоты формы от выпускаемых редакцией книг. Простота эта ничего общего не имела с упрощенностью, элементарщиной — наоборот, была резко противопоставлена им.

С толстой сумкой на ремне! Балашову Маршак объясняет некоторые изменения в тексте: "В новом издании книжки "Почта" Вы ошибочно называете ее "Письмом" я давноуже хотел восстановить берлинского почтальона.

Для всех возрастов Сивоконь С. Как весьма немногие, Самуил Яковлевич Маршак умел писать для всех возрастов: его стихи, как самые верные друзья, сопровождают нас на протяжении всей нашей жизни. Наконец, став родителями, мы вновь вместе с малышами обращаемся к стихам Маршака.

Самуил Маршак - Не так

Если что-то вдруг не так… Строгий, Бережный Маршак. Маршак — детский поэт. Самуил Яковлевич Маршак родился в 1887 году в Воронеже, а детство провел в маленьком городке Острогожск в большой и дружной семье. Отец работал мастером на заводе. Родителям приходилось очень много работать, чтобы содержать семью и дать образование детям. Уже с четырех лет будущий поэт пытался сочинять стихотворные строчки, поэт Слайд 4. Какие слова мы часто повторяем? Урок родного языка. Прочитать Ландыш Знаете ли вы историю о даме, которая сдавала багаж?

Самуил Маршак стихи для детей

Подготовка текста и примечания В. Маршака, написанная им для сборника избранных стихов в серии "Библиотека советской поэзии" М. Написал я эту обычную для жизнеописаний фразу и подумал: как уместить на нескольких страницах краткой автобиографии долгую жизнь, полную множества событий? Один перечень памятных дат занял бы немало места. Но ведь этот небольшой сборник стихов, написанных в разные годы примерно с 1908 по 1963 , в сущности, и есть моя краткая автобиография. Здесь читатель найдет стихи, в которых отразились разные периоды моей жизни, начиная с детских и отроческих лет, проведенных на окраинах Воронежа и Острогожска. Отец мой, Яков Миронович Маршак, работал мастером на заводах потому-то мы и жили на фабричных окраинах. Но работа на мелких кустарных заводишках не удовлетворяла одаренного человека, который самоучкой постиг основы химии и непрестанно занимался различными опытами. В поисках лучшего применения своих сил и знаний отец со всей семьей переезжал из города в город, пока наконец не устроился на постоянное жительство в Петербурге.

.

.

Стихотворения

.

Познавательно-творческий проект «С. Я. Маршак для детей».

.

Для всех возрастов

.

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Кошкин дом - Сказки для детей - мультики на стихи Маршака
Похожие публикации